«Тусклый свет из окна кухни достигал погреба. У Николая вдруг все похолодело внутри. Он мгновенно протрезвел, и почему-то очень ясно вспомнил, что оставил вчера вечером Вовку в погребе. Отгоняя дурные мысли, он в два прыжка оказался у занесенной снегом двери, которая была закрыта не полностью. Через узкую щель снег намело и внутрь. Николай рывком приподнял дверь, под собственной тяжестью опустившуюся в ледяную канавку, рванул ее на себя и замер: на пороге лежал Вовка…».

Александр НОВИКОВ, «Роковое застолье».
Вы тут: Главная»Комментарии

Комментарии к статье: Из пустого в порожнее, или как корпоративные защищают друг друга

Давно понятно, что собой представляют статьи И.Шевляковой-Борзенко. Таких дежурных материалов – для «поддержания штанов» ученых степеней – в литературных журналах печатается немало. В основном – это пустышки, а у Ирины Шевляковой еще и обильно сдобренные пересыщенной «научной» лексикой. Для литературы и писателей они как плацебо для профессиональных пациентов. Если подобные материалы читают с десяток человек, кроме тех, кто рецензирует и выпускает эту «литературную патоку», то хорошо. Ирина Шевлякова-Борзенко, начальник Образовательного центра Научно-методического учреждения «Национальный …

Комментариев:6

  • Отношу себя к той микроскопичной тысяче читателей белорусской литературы (со слов Е.Конева), как и к немногим читателям белорусской критики, которых на порядок меньше. Поэтому делюсь своим читательским мнением с друзьями на страничке facebook.

    Как давний читатель газеты «ЛіМ», обратила внимание на оценку «Выдатна» (традиционный обзор толстых журналов) в рубрике “Крытыка”, статья Ирины Шевляковой «Беларуская літаратура ў інфармацыйным грамадстве: пагрозы як гарантыя перспектыў». Ученый написала интересный исследовательский материал, но совершенно колодным языком. В этом заложен конфликт между языком изложения и самой темой. Критики обязаны усвоить норму – для ЛИТЕРАТУРНЫХ ЖУРНАЛОВ надо писать ЛИТЕРАТУРНЫМ языком, т.е. ясным, доступным, чтобы популяризировать художественную критику и приобщать к ней читателей. Для научных изданий существуют другие критерии. Не надо их подменять. Здесь главреды изданий должны быть принципиальными.

    Автор статьи отметила тенденции, риски и угрозы для современной литературы в новых реалиях информационного общества ХХI в., исследование строго выстроено по научной методологии, отмечу лишь один факт из многих, его можно адрессовать ученым-критикам – миграция профессиональных критиков в литературоведение, она-то и ослабила современный литературный процесс. «Сувязі ўнутры тандэма «крытыка — літаратуразнаўства» відавочна аслабіліся, што яшчэ больш ускладняецца дэмаграфічным калапсам як вынікам «міграцыі» крытыкаў у літаратуразнаўства. Крытыка перажывае рэпутацыйны крызіс на фоне агульнай функцыянальнай разгубленасці».
    Свято место пусто не бывает, свободную нишу стали заполнять случайные люди, или профаны «…нефункцыянальнасці экспертнай (прафесійнай) крытыкі, а таксама звязаную з гэтай рызыкай пагрозу татальнай «прафанацыі» крытычных ацэнак — усталяванне дыктату прафаннай ацэнкі літаратурных з’яў».

    За репутационный кризис критики ответственность несут не профаны-зубоскалы, а профессиональные критики, они добровольно покинули литературное поле, хотя понять их можно – всем хочется жить спокойно, и не наживать себе врагов.

  • ===...профессиональные критики, они добровольно покинули литературное поле...===

    На этом поле они в качестве критиков практически не находились. Как раз они и были представителями корпоративчиков и кланов. Вспомним недавние баталии вокруг "Дети Алиндарки" Бахаревича на Гедройце. Одни - за, другие - против. А критику объективную так и не получили. И о каком количестве критиков речь? Несколько человек.

    Следующее. Профанами, как я понимаю, И.Шевлякова и др. считают критиков, которые не имеют филологического образования. Этакие критики не по-Радиончику. Так уже давно известно, и вы сами, по-моему, утверждали, что филологическое образование мешает критике. Получаются в результате эмоции и сплошная заумь. Я бы назвал - "критическая бурда" приятного вида.

    ===Автор статьи отметила тенденции, риски и угрозы для современной литературы в новых реалиях информационного общества ХХI в.===

    Для этого не нужно писать такие огромные статьи. Достаточно раз в месяц, а то и квартал повторять - отечественная литература в глубокой коме. Или - "в нашем литературном болоте все без изменений".


    Ничего нового автор не сказала, а, значит, научной ценности материал не имеет. Но это и не важно. Достаточно его публикации...


  • В одном учебнике по критике нашла развернутые портреты современных российских критиков. Выбрала некоторые яркие цитаты, характеризующие их личное, а значит очень субъективное отношение к предмету. Их творчеству присуща страстность, индивидуальность, глубина и полемичность, что не помешало им остаться лучшими критиками современности.

    Лев Александрович Аннинский (родился в 1934 г.) — филолог-литературовед, критик. Многочисленные статьи Аннинского выдают в нем критика азартного и проницательного. И в своих устных выступлениях, и в теледебатах, и в статьях он стремится вскрыть суть проблемы, прибегая к приему парадоксального заострения. Так, например, в беседе с Ю. Трифоновым Аннинский говорит, что критик имеет право на свое субъективное восприятие произведения, и это восприятие может кардинально расходиться с тем, как писатель представляет себе собственное творчество. Аннинский ратует за расширение границ собственного субъективизма — вплоть до возможности «обрубать произведению руки и ноги», чтобы укладывать его в прокрустово ложе представлений критика.
    Аннинский не раз подчеркивал, что он реагирует на художественный текст как «практический читатель». Тем не менее, в литературно-критических работах, а также статьях о кино и театре критик настолько жестко парадоксален и непредсказуем в своих пристрастиях, прогнозах, ярких, но всегда остро полемичных аналитических замечаниях, что становится ясно: это критик — интеллектуал, точно и тонко прочерчивающий возможные пути развития отечественной культуры.

    Игорь Александрович Дедков (1934—1995). Его перу принадлежат работы о Ф.Абрамове, В.Белове, В. Быкове, В. Шукшине, Ю. Трифонове, С. Залыгине. Дедкова причисляли к критикам жестким, нелицеприятно говорившим правду. Публицистические «выходы» в статьях Дедкова были исключительно уместны. Критик не терпел демагогических рассуждений о связи литературы и жизни, он всегда подчеркивал, что литературные герои наделены истинными переживаниями, что они могут пробудить воспоминания и подтолкнуть к серьезным решениям, а иногда и заставить «платить по счетам». Характеризуя литературную ситуацию рубежа 1980—1990-х годов, Дедков говорил о «спаде свободы», который мешает внятно и точно, с опорой на реальные исторические факты по достоинству оценить все то жизнеспособное, что есть в литературе. Дедков приветствовал мотив «покаяния», настойчиво звучавший в обществе, но при этом призывал не забывать, что в годы «застоя» Россию представляли такие писатели, как Ф.Абрамов, В.Быков, В.Сёмин, В.Кондратьев, В.Астафьев, В.Распутин, В.Шукшин.

    Игорь Петрович Золотусский (родился в 1930 г.), филолог, литературовед. Золотусский никогда не писал от имени некой литературной партии. «Я» критика царствует в каждой его статье и книге. Из литературно-критических работ автора читатель узнает и как учился Золотусский, и что читал, и кому верил, и что такое правда в его понимании, и что такое кумир в его представлении, и за что он благодарен тому или иному писателю. Повышенный градус субъективизма, присущий Золотусскому, делал его в 1970-е годы одним из самых читаемых критиков. В 1989 г. Золотусский опубликовал книгу «Исповедь Зоила» (1989) — назначение критики автор видел в неподкупном и жестком разговоре о литературе.

    Вадим Валерианович Кожинов (1930—2001) — литературовед и критик. Метод полемического заострения, свойственный статьям Кожинова, нередко приводил к неожиданным для читателя выводам. Кожинов был критиком пристрастным. Уже по первым фразам его статей становится ясно, кого он жаловал, а кого выводил из «своего» круга. В некоторых статьях Кожинов был излишне авторитарен и не предлагал читателю усомниться в справедливости сказанного. Несмотря на то, что Кожинов обильно цитировал классиков эстетической мысли и нередко подводил теоретический фундамент под свои литературно-критические построения, статьи критика всегда были подчеркнуто субъективны и личностны. Кожинов не стремился скрывать свои чувства и настроения, выражающие его человеческую боль и творческую приязнь.


    Кардин В. (Эмиль Владимирович Кардин) (1921–2008). Кардин остается критиком-одиночкой. Для него не существует понятия «платформа», «группа», «объединение». Он всегда выступает только от своего собственного имени. Он иронически строг без оглядки на авторитеты. Кардин был убежден: «Беды наши, сценические перекосы и критические завихрения — от губительной для искусства привычки решать творческие споры милицейским свистком, от естественно-болезненной реакции на эти трели»

    Бенедикт Михайлович Сарнов (1927–2014) — литературовед и литературный критик. Сарнов стремится приобщить читателя к вдумчивому постижению литературы, к зоркому и пристрастному чтению без купюр. Сарнов приглашает читателя видеть в книге не учебник жизни, а художественный мир, сам процесс постижения которого должен доставлять удовольствие. Критик видит в поэте человека, «для которого стремление выразить себя есть единственное условие его существования». Сарнов — противник неоправданных «литературных ходов», искусственности, ходульности, имитации чувства в поэзии

    Юрий Иванович Селезнев (1939— 1984). Один из наиболее самобытных литературных критиков, близких «Нашему современнику». Литературно-критическая индивидуальность Селезнева обнаружилась в лирически-проникновенном стиле его суждений, в доброжелательной открытости автора к писателям — героям его книг. При разборе современных текстов критик активно апеллировал к произведениям русских классиков, к библейским идеям и образам.

    Андрей Михайлович Турков (194–2016) — литературо¬вед и критик. При этом критик последовательно отстаивает принципиальные для него убеждения. Во многих работах 1960—1990-х годов Турков ироничен, но при этом подчеркнуто корректен. Он щедро цитирует и слова своих оппонентов, и тексты авторов, которым посвящен литературно-критический разбор. Когда в журнале «Молодая гвардия» появилась статья С. Куняева, позволившего себе в оскорбительном тоне отозваться о молодых поэтах — П. Когане, Н. Майорове, М. Кульчицком, погибших на фронте, Турков ответил жестко и доказательно. Его статья «В Гайд-парке» — стала серьезным аргументом в споре с этическими воззрениями журнала «Молодая гвардия». Обвиняя поэтов-«ифлийцев», а вместе с ними и Булата Окуджаву в «арбатской хемингуэевщине», в избыточной романтизации войны, Куняев поражает А. Туркова, а вместе с ним и читателя своей аморальностью: ведь нотацию читают молодым людям, сложившим головы за свою Родину. И Турков не только возвышает голос в защиту поэзии, но и учит своего оппонента не быть буквалистом в понимании отдельных строк и всего поэтического наследия недавних школьников и студентов, погибших на войне.

    • Спасибо за подборку, но эти советские критики сейчас смотрятся довольно странно. Так же, как и Т.Шамякина, например.

      === "...критик имеет право на свое субъективное восприятие произведения, и это восприятие может кардинально расходиться с тем, как писатель представляет себе собственное творчество"... Аннинский ратует за расширение границ собственного субъективизма — вплоть до возможности «обрубать произведению руки и ноги», чтобы укладывать его в прокрустово ложе представлений критика.===

      Это какой-то литературный терроризм. Для меня Аннинский - не критик. Какой-то шут гороховый, судя по этим цитатам.

  • Не суди... по цитатам, да не судим будешь.
    Творчество перечисленных критиков приходится на советское время, но от этого они не стали советскими, тем более "шутами гороховыми". Это никак не относится к Л.Аннинскому, скорее характеризует вас.
    Это все та же тема - что субъективно, и что объективно.
    http://fictionbook.ru/static/trials/06/65/68/06656804.a4.pdf

    "В 1970-е годы среди критиков, стремившихся к честному прочте­нию текста, следует назвать также И.Дедкова, Л.Аннинского, И.Золотусского, В.Оскоцкого, С. Чупринина, А.Марченко, А.Латынину, Н. Иванову, а также широко известных литераторов, завоевавших серьезный авторитет у читателей еще в предшествующее десятиле­тие,— Ст. Рассадина, А. Туркова, В.Кардина, В.Кожинова, И.Роднянскую".
    http://www.studfiles.ru/preview/1635617/page:6/

    • Обрубание произведениям рук и ног никак не может считаться "честным прочтением".

      Пока я говорю об Аннинском - советский шут гороховый. На досуге поищу его критику. Только времени жаль...

      ---
      Конечно, оценивая Аннинского, я отталкиваюсь от крупицы информации, предоставленной вами, словно один из слепых, который составил представление о слоне, потрогав его хвост. Возможно, Л.Аннинский замечательный критик, а это его высказывание шутка.

      ---

      Оказывается, он мастер на все руки:

      "Лев Аннинский начал печататься в середине 50-х годов. Один из самых известных и ярких критиков, пишущих о современной и классической литературе, кино, театре, изобразительном искусстве, фотографии и многом другом. Среди книг последних лет — «Барды», «Охота на Льва», «Крепости и плацдармы Георгия Владимова», «Русские плюс». Вел телевизионную передачу «Уходящая натура». Сейчас на канале «Культура» идет авторская программа Аннинского «Серебро и чернь» по его одноименной книге о поэзии Серебряного века".


Пожалуйста, авторизуйтесь для того, чтобы комментировать

Нас считают

Откуда вы

free counters
©2012-2017 «ЛитКритика.by». Все права защищены. При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.